Как мы покупали "котыка"

Первый из двух выходных дней в неделе у нас, как правило, ни фига не выходной.
Потому как в этот день мы ездим затариваться в продуктовый супермаркет, как на работу. Раньше, когда, я сидела (теперь я понимаю тех, кто сидит в тюрьме) в декретном отпуске и носилась с детем в пространстве, ограниченном четырьмя стенами, банальная поездка за продуктами жизнеобеспечения воспринималась как выход в открытый космос с присущим ему выбросом адреналина в кровь. И хотя чувство вины за то, что деть обречен дышать неполезным кондиционированным воздухом супермаркета вместо того, чтобы поспать в колясочке в парке, немного помучивало, оно уступало непонятному оживлению при виде пестрящих длинных рядов полок и радости, что удалось найти (как тогда казалось) до ужаса оригинальное решение - поместить детскую корзиночку безопасности в супермаркетную тележку, что позволяло детю продолжать безмятежно спать и все-таки быть при нас. То сейчас после дополнительного "рабочего дня", разбирая добытое, начнаешь задумываться, а так ли нужна была новая, чудесная, из нержавейки, лопаточка дла чистки кошачьего туалета, купленная, по правде говоря только потому, что было в падлу отмывать от говна старую, которая отмытая может еще долго прослужить. Или когда после покупки новой, старая металлическая раскоряка для сушки белья, разжалованная по подозрению в ржавости и нанесении ущерба в виде ржавых пятен на в первый раз постиранной дорогущей блузке, при ближайшем рассмотрении оказывается вполне пригодной для дальнейшего использования (не без помощи дедушки, который умеет обращаться с кисточкой и краской, а также с прочими плоскогубцами, в отличие от некоторых пролетариев умственного труда).

Становится тоскливо от того, что импульсные покупки перестали по-настoящему радовать, особенно когда выпал такой существенный пласт, как отдел товаров для младенцев, потому как деть подрос. И теперь совсем не оправдать покупку какой-нибудь новой вонючей пасты для попы с абразивом (довелось-таки напороться на такую), или супер силиконовой соски для обеспечения пикантной шепелявости, и уж тем более новой растворимой кашки, у которой была такая красивая коробочка, в которой потом можно хранить крупу.

Но надежда есть. Потому как деть действительно подрос и продолжает ездить с нами в супер и не только, и уже научился доступно озвучивать свои хотелки. А что может быть мощнее железобетонного аргумента "это хочет деть"? А иначе звуковое сопровождение может деморализовать даже армию вымуштрованных легионеров, что уж тут говорить о слабохарактерных "мамакe" и "папакe".

Пока мы еще не умели ходить, нас легко можно было запихнуть в сидушку тележки. Но не стоит обольщатся. Сидеть долго мы не любили и перекочевывали к папе на руки, после чего папа резко уставал, и поход сворачивался после покупки самого необходимого, что не давало маме получить удовольствие от процесса.

Иногда бывало легче. Можно было сразу подвезти детя в тележке в молочный отдел, включалась команда "Пиииить", и целью, куда тыкал маленький, но уверенный пальчик, была бутылочка с шоко (какао). А закусывать чем? Элементарно, Ватсон. Папа начинал маячить в отделе выпечки и загадочно улыбаться молоденькой продавщице, которой очень начинало хотеться быть ему полезной. Потом подкатывала я с нашим белокурым ангелочком. При виде нас продавщице все равно продолжало хотеться быть полезной нашему папе, хотя бы потом, когда-нибудь, может быть, когда нас с ним не будет, и для фиксации прогиба протягивала детю вкусную песочную печенюшку. Вуаля, полуденное кормление и временное ограничение детя в передвижении обеспечено.

Теперь, когда мы таки научились ходить и даже бегать, маме вообще не удается рассмотреть то, что находится на полках, так как нужно успеть догнать детя и предотвратить зверское разодрание нескольких пачек с кукурузными палками, несанкционированное поедание маринованных помидоров, продающихся из кадки на развес, разлитие помидорного маринада по коробочкам с сухими пряностями, тотальное оборватие головок цветов в букетах и разбитие вдребезги всего, что может разбиться. В то время, как папа занимается покупкой необходимых и практичных вещей, которые маму ни разу не возбуждают.

Но, повторюсь, надежда, есть. Похоже, что пристрастие к злачым местам, где можно оставить деньги, передается по наследству. И уже после первой поездки в кафе с распитием сидра, деть усвоил нехитрую процедуру: зайти в кафе, сесть за столик и сказать:" Тётя, сёк!". И если на пути встречалось кафе, надо было обязательно зайти, типа, давайте тусоваться, предки.

Но это былa преамбула.

Однажды, в очередной раз, мы поехали с детем на работу выходного дня. Во все тот же продуктовый супермаркет. А там на входе пол выложен мозаикой, в средиземноморском стиле, кругами диаметром в метр. Не знаю, какие ассоциации сработали у детя, но он решил поиграть в поезд, бегая по этому кругу, со мной в качестве паровоза, который должен издавать характерные звуки. Я думала, что этим мы и ограничимся, что такое полчаса позора ради ребенка. Ан нет. Каким-то образом мы забрели в отдел товаров для дня рождения: шарики, свечечки, открытки, а рядом полка. И там был ОН. "Котык". (Мы только недавно перестали называть всех кошачьих "няма" или "мява", и перешли на "котык" и "йeв"). И детские ручки с невыразимо нежно произнесенным "котык" потянулись к нему. Только мать-гестаповка не растрогается при этом. Котык и вправду был симпатяшный и затмевал множество стоящих рядом таких же керамических копилок в виде разных зверушек.

Такой "котык" был один. Из неглазурованной глины, желтый с розовым ухом и в розовый цветочек. Учитывая, что я сама неровно дышу как ко всевозможным "котыкам", так и к керамике, я сама как-то сразу прикипела к котыку душой. К тому же никакие увещевания типа "тебя дома ждет живой и пушистый котик", "ты его разобьешь", "папа не разрешит", все равно не срабатывали. Деть продолжал вопеть "котык, котык, котык" и тянуть к нему ручки. После недолгих колебаний я вручила ему котыка, которого он тут же погладил, прижал к себе и понес как драгоценную реликвию.

А куда он его понес? В кафе, я так думаю, обмыть приобретение. В кафе на каждом столике стояли маленькие дегустационные бутылочки красного вина, которое деть сразу щедро предложил котыку, а потом мне. Выпить из горла. Тетю с соком почему-то не позвал. Долго чинно сидеть, сложив ручки на столике, швайка в попе не позволила. Котык начал ездить по столу как машинка, изредка поглаживаемая по шерсти. И, о ужас, одно нечаянное неуклюжее движение разыгравшегося детя - котык летит со стола на керамический пол - и вдребезги напополам.

"Бздым" раздается в зловещeй тишине, так как кроме нас в кафе никого нет, и, как назло, почему-то выключилась музыка. Я чувствую себя как кошка, нассавшая в постель хозяевам. (Можно было бы обозвать это и поделикатнее, но когда милые Мурзики превращаются в наглых тварей и делают это или в постель, или в кожаные туфли, или еще на что-то, что потом никогда не отмоется - они именно ссут.) Щас выдадут пиздюлей. Мы с детем стоим как три тополя на Плющихе аккурат напротив барной стойки с барменом. Я, воровато озираясь на стойку, ныряю под стол, как та кошка загребаю черепки и пытаюсь незаметно засунуть их в угол под другой столик. Наверно, бармен нас пожалел. Оставив черепки лежать аккуратной горкой в углу, мы с детем выкатываемся из кафе, типа мы ждали трамвая, и встречаем папу на кассе.

Папа незамедлительно оттягивается за штанину к полке с котыками, где уже стоит новый котык, поставленный взамен взятого. Ко всеобщей радости за сохраненные на этот раз нервы, этот котык покупается.

Но это еще не конец. Наверно будет лишним говорить, что после благополучного переезда в машине в объятиях детя, час спустя, с новым котыком происходит такой же конфуз.

На этот раз у меня украдкой вырывается скупая слеза, потому, что я уже наивно размечталась, как этот котык займет достойное место на накрытой кружевной салфеточкой гипотетической полочке в нашем гипотетическом уютном домике.

LJ

ЕБ